Создавая USDT, основатели Tether мечтали о финансовой инклюзивности и легком входе на крипторынок для миллионов людей. Но на деле их стейблкоин стал настоящей находкой для отмывателей денег, утверждает The Economist. Один из ярких примеров — операция Operation Destabilise, в ходе которой британская полиция задержала курьера с £250 тыс. наличными и вышла на целую сеть, управляемую россиянкой Екатериной Ждановой.
По данным расследования, команда Ждановой по всей Европе собирала у наркоторговцев и прочих теневых дельцов огромные суммы кэша. Только в Британии за два года речь шла о £12 млн. Эти деньги доставляли в Москву, где олигархи, люди из спецслужб и медийные «пропагандисты» с удовольствием меняли их на переводы со своих российских счетов. Чтобы рассчитаться с клиентами, Жданова использовала USDT, мгновенно и дешево гоняя миллионы через блокчейн, в обход любого контроля.
Именно благодаря USDT такие схемы становились в разы дешевле традиционного отмыва. Там комиссии порой доходят до 10% от суммы, тогда как Жданова брала меньше 3%. Неудивительно, что стейблкоин Tether фигурировал в крупнейшем деле GIOC с изъятием более $225 млн в крипте, а ООН уже признала его любимым инструментом мошенников.
Интересно, что сама Tether охотно подчеркивает своё сотрудничество с властями, замораживая активы по запросам и даже создав «антифрод-подразделение» T3 вместе с Tron и TRM. По словам гендиректора Паоло Ардоино, их команда из 20-30 специалистов уже остановила транзакции на десятки миллионов долларов. Но журналисты The Economist замечают: в крупных банках вроде HSBC на комплаенсе работают тысячи людей, а у Tether миллионы клиентов и лишь пара десятков сотрудников для мониторинга.
При этом компания открыто признается, что приоритет всегда отдает запросам США, игнорируя обращения из так называемых «тиранических стран». Для правоохранителей такой подход — проблема: формально Tether с офисом в Сальвадоре находится в «наднациональном облаке», где принудить к раскрытию данных крайне сложно. А сами силовики порой даже боятся публично говорить об этом, чтобы не портить с Tether отношения и не потерять канал для расследований.
По данным расследования, команда Ждановой по всей Европе собирала у наркоторговцев и прочих теневых дельцов огромные суммы кэша. Только в Британии за два года речь шла о £12 млн. Эти деньги доставляли в Москву, где олигархи, люди из спецслужб и медийные «пропагандисты» с удовольствием меняли их на переводы со своих российских счетов. Чтобы рассчитаться с клиентами, Жданова использовала USDT, мгновенно и дешево гоняя миллионы через блокчейн, в обход любого контроля.
Именно благодаря USDT такие схемы становились в разы дешевле традиционного отмыва. Там комиссии порой доходят до 10% от суммы, тогда как Жданова брала меньше 3%. Неудивительно, что стейблкоин Tether фигурировал в крупнейшем деле GIOC с изъятием более $225 млн в крипте, а ООН уже признала его любимым инструментом мошенников.
Интересно, что сама Tether охотно подчеркивает своё сотрудничество с властями, замораживая активы по запросам и даже создав «антифрод-подразделение» T3 вместе с Tron и TRM. По словам гендиректора Паоло Ардоино, их команда из 20-30 специалистов уже остановила транзакции на десятки миллионов долларов. Но журналисты The Economist замечают: в крупных банках вроде HSBC на комплаенсе работают тысячи людей, а у Tether миллионы клиентов и лишь пара десятков сотрудников для мониторинга.
При этом компания открыто признается, что приоритет всегда отдает запросам США, игнорируя обращения из так называемых «тиранических стран». Для правоохранителей такой подход — проблема: формально Tether с офисом в Сальвадоре находится в «наднациональном облаке», где принудить к раскрытию данных крайне сложно. А сами силовики порой даже боятся публично говорить об этом, чтобы не портить с Tether отношения и не потерять канал для расследований.